Всё-таки я северный человек.
Всё-таки я северный человек.
Доступ к записи ограничен
А пока сохраняю для себя здесь, чтобы не искать потом в переводах:
Брат Алоис (Калькутта, Индия 2006): Часто мы можем сделать лишь совсем немного. Но нужно делать это немногое. Мир преображают не столько какие-то впечатляющие акции, сколько человеческая доброта, день за днём.
Перепост о помощи мультипликатору Юрию Норштейну "На Шинель"
... Для дальнейшей работы над гениальным проектом, о котором даже Алексей Герман сказал, что Норштейн его конечно, УЖЕ НЕ СДЕЛАЕТ, требуются деньги. Казалось бы, разве Юрий Борисович не заслужил себе право на государственное финансирование или поддержку крупного бизнеса? Хотя бы "Ежиком в тумане"? Хотя бы...
... Художник не просит. Для сбора средств на реализацию своего безнадежного проекта, за пятьсот рублей мастер поет песню про "Голубой вагон". И продает книги. Лично. Стоит у прилавка, оставляет автографы, даже рисует на форзацах. Каждую субботу.
На предложение собрать денег, художник ответил так:
"... я не могу принять Ваше предложение о сборе средств на фильм Шинель, в этом случае я чувствовал бы себя крайне неуютно. Но, если Вы хотите поучаствовать в фильме Шинель, то у меня есть просьба: разместите, пожалуйста, в Вашем блоге информацию о продаже наших книг. Рекламы у нас, в общем, никакой, и поэтому дополнительная информация на Вашем блоге может способствовать привлечению покупателей.
Книги можно купить на нашей студии на Войковской, по адресу: 1-ый Войковский проезд, дом 16, корпус 1, подъезд 1-А. По субботам с 12 до 15 часов, как правило, я сам в это время стою за прилавком и желающим подписываю книги. Для некоторых, более обеспеченных покупателей, я могу делать рисунки на форзацах книг.
Не могу даже представить, сколько будут стоить живые рисунки Норштейна через некоторое время. Но это правильное вложение средств. В "Шинель", в себя, в свою душу.
Никого никуда не зову, не призываю, не прошу.
Но помните, каждую субботу этим летом с 12 до 15 есть Норштейн. И его книги. "
взято у Марты Яковлевой
И если ещё кто-то не смотрел её предыдущий фильм о Докторе Лизе, очень советую.
Альбом: Taize-2010 |
Неделю переводила много и плотно, а также жила нормальной жизнью тэзешного "взрослого", другую неделю молчала.
Провожали с радугой, уже в третий раз.
От Макона до Лиона добиралась с молчаливой немкой 23 лет от роду, с 5 мая идущей по Camino de Santiago.
А завтра примерно в это время я уже должна быть в душе. В Тэзе, после вечерней молитвы.
Обратно в ночь с 11 на 12 июля.
Как-то оно всё будет в этот раз...
Цитата: "У системных семейных терапевтов убегание - т.е. отъезд в другой город, "Не звоню, не пишу" - приравнивается к слиянию".
То-то мне всегда были подозрительны истории "освободившихся" таким образом от своих родителей взрослых детей. Так можно и десять лет злость на маму батакой выбивать, и двадцать...
Друзья, уже через неделю, если всё сложится как надо, я буду в Тэзе. Первую неделю говорить (и, надеюсь, много

Если вы хотите передать что-то через меня Наверх, пишите в ю-мейл. Сложу в коробочку, перевяжу бантиком, аккуратно довезу и передам.
И во втором случае главное не упереться рогом, пытаясь высчитать, что из этого "слабее" субъективно, а что - объективно. Так можно и сознание потерять, высчитывая...
Сижу вот и думаю: чёрный - это у нас теперь Бородинский?
Книжку за книжкой оставляю в подъезде.
Хорошо, что они чередуются :-)
Я, кажется, начала оживать.
"Разница между Иовом и его друзьями. Иов — это честная, правдивая натура, ищущая "дела", а не слов, а те — люди религиозной фразы, шаблона, традиционных формул. Иов вопит о "неправде", о непонятности страданий, о благополучии грешников, о безвинных муках — и не только своих; а его друзья отвечают ему общими и лживыми фразами, для них все ясно, и, установив порядок в словах и мыслях, они считают, что установили гармонию и в мире. Этого типа люди слишком часто встречаются повсюду, включая и духовенство и людей науки".
Мне кажется, это и о психологах тоже, психология слишком часто сейчас берёт на себя несвойственную ей роль проводника душ... куда? в Царство Душевного Здоровья?
Слишком много высоких слов, слишком много обобщений - вместо смиренного служения каждому конкретному человеку, его конкретному пути.
Звонок от родного человека, с которым давным -давно не виделись, жизнь закрутила в нашей огромной Москве - и вроде бы началось с делового разговора, а продолжилось важным и глубоким, и, надеюсь, будет продолжение. Жду, очень.
И письмо, от человека, с которым какое-то время было очень хорошо и настояще, и про настоящее - но потом стало трудно, а потом было поставлено условие, что-то вроде: буду общаться (да и то непонятно, буду ли), только если... И, в общем, я бы даже готова это условие выполнить, да вот только нет гарантии, что за ним не последует ещё одно требование, ещё, ещё... Принятие по условию ведь тоже про это. И задаёшь себе вопрос, на какие компромиссы готова пойти, чтобы защитить ценность. И будет ли она оставаться ценностью... да и есть ли она уже, эта ценность.
И трудно, да, но как всегда - стоит признать, честно признать предел своих возможностей, и становится легче. И снова широко открываются глаза, и вспоминаешь/видишь, насколько богат мир, несмотря ни на что.
В ПУСТЫНЕ
Оставив злой, гнилой, погибающий мир,
Ты отвернулся и ушёл в пески,
Прочь от скверны, прочь.
Там, в пустыне, ты начал заново: молитва и пост,
Небо и ты.
Бог тихонько вздохнул,
Поднял брошенный мир и побрёл за тобой вслед.
Увязая в песке,
Бог подошёл и неловко пристроил мир
У твоих ног. Когда ты не обернулся,
Он кашлянул, подвинул ношу поближе.
(Так, выйдя из джунглей, туземная мать,
Ни слова не разумея по-человечьи, кладёт
Безнадёжно раздутое в тропической водянке дитя
У ног большого белого человека:
Спаси моего ребёнка, сагиб.)
И какая разражается битва! В каком
Яростном отчаяньи вы двое!
Сцепились, рыча друг другу в лицо,
Жилы вздулись, не дрогнет ни один!
Небесные силы – и те
В ужасе скрылись, страшатся глядеть!
А мир – тот ничего не видит. Мир спит,
В липком сне зубы его скрипят – видимо, глисты,
Солнце палит веки, изъеденные лишаём;
Миру снится гуашевый сон:
Солнышко о шести толстых лучах, белый песок,
Красное море – лазоревым вдалеке,
Павел – коричневый старичок – в профиль, под пальмой плетёт
Опоясание из палой листвы,
Пряничный ворон, янтарный хлеб.